Сущевский Артём Евгеньевич (loboff) wrote,
Сущевский Артём Евгеньевич
loboff

Categories:

Сознательный анахронизм, часть 2. Фома Опискин (первая серия)

Итак, собственно о "сценариях". Подумав, я решил совместить оба - как в якобы двухсерийном художественном фильме. Первая серия будет традиционно "женская" (то есть любовную линию сосредоточим там), вторая - столь же традиционно "мужская", то есть с самым нагнетанием всего вот этого абсурда и сумасшедшего дома именно что в "продолжении". При том, что по отдельности это вполне можно рассматривать как вполне себе два разных сценария, в общем-то друг от друга не зависимые.

Сценарий №1 (он же - первая серия). Здесь мы слегка хитрим, и всё же сохраняем хронологическую дистанцию от современности. Но не слишком - действие из XIX века переносится не сразу в наши дни, а в поздний СССР. Более того - в СССР позднейший, времён перестройки. Место действия - столичное студенческое общежитие не очень престижного, но всё же вполне приличного ВУЗа, например вагоностроительного.

Действующие лица:

Начальник общежития Егор Ильич Ростанев - по меркам того времени более чем порядочный человек: берёт, но в меру; не зверствует; иногда, по протекции, заселяет нуждающихся лимитчиков - из жалости, за символические (по обычным раскладам) деньги.

Агафья Тимофеевна Крахоткина, мать Егора Ильича, устроенная им в общежитии нелегально, после смерти второго мужа. Привезена из провинции, но запросы более чем московские. Взбалмошна, эгоистична, капризна. Не домой же её к себе селить, в самом-то деле, в крохотную квартирку - там она такой шухер устроит, что мало никому не покажется. Всё время грозится разоблачить "махинации" сына (под действием сами понимаете кого), а когда сын напоминает, что разоблачения коснутся и её тоже, обвиняет сына в эгоизме и самовлюблённости.

Прасковья Ильинична Ростанева, незамужняя сестра Егора Ильича, с которой он упомянутую квартирку и делит. Числится в общежитии кастеляншей, реально всю работу за неё тянут те самые лимитчики из жалости, в первую очередь Настя Ежевикина.

В Настю Егор Ильич тайно влюблён. Она настолько же тайно отвечает ему взаимностью. Но интриги вокруг Егора Ильича (организуемые сами понимаете кем) предполагают ему иную партию - Татьяну Ивановну, она же Тайра.

Тайра - полусумасшедшая эзотеричка и "целительница". Заселена по настоянию откуда-то из верхов. Непонятно, почему так, при её связях с самыми крупными шишками. Шишки присылают за ней к чёрному ходу "Чайки" и "ЗиЛы", отвозят на очередной сеанс какой-то хренотерапии и членовещательства, потом возвращают назад. Егор Ильич уполномочен лично, головой, отвечать за то, чтобы ценная дурочка оставалась где есть и никуда не слиняла - головная боль и геморрой в одном флаконе. А тут ещё интриги своих же, которые увидели в дурочке шанс сделать Егору Ильичу карьеру и пробиться тем самым на горбу Ростанева к сильным мира сего.

Сергей (просто Сергей, без Александровича) - племянник Егора Ильича. Подающий надежды молодой человек из провинции, с блеском поступивший в МГУ, но имеющий проблемы с общежитием. Понятно, что отказать племяннику в комнатке у себя в общежитии Егор Ильич никак не мог. Но, опасаясь сами понимаете кого, просит Сергея не выдавать его, притворяться обычным студентом вот этого самого вагоностроительного, и не отсвечивать. Заодно зачем-то пытается сосватать его к Насте - мол, девушка бедная, почти сирота, но очень хорошая и порядочная, ей нужна опора, только на тебя одного, Серёжа, надежда. Серёжа видит фотографию, и влюбляется заочно. Плюс - кому не хочется в 18 лет почувствовать себя рыцарем и благодетелем для симпатичной сиротки.

Прочих персонажей опустим, за незначительностью в наших целях. Отметим разве что Водоплясова (это не опечатка). Комсомольский активист, спортсмен (пловец), стукач КГБ. Ненавидим всем студенческим коллективом, что понятно. На хорошем счету у сами понимаете кого - что понятно тоже более чем. Всё время озабочен сменой "дурацкой фамилии" - мол, я по воде плыву, а не пляшу в бассейне, надо что-то с этим делать. Постоянно приходит к Егору Ильичу с очередным вариантом новой фамилии. "А может Водограев?" - "Хм. Ну это ведь что-то такое украинское, нет?" - "Украинское? Нет, украинское не годится. Нужно что-то такое прибалтийское, что ли... Водявичкус, как думаете, Егор Ильич, так хорошо будет?"

А вот и он, тот самый, сами понимаете кто - настоящий хозяин общежития, Фидель Фиделевич Пропискин (Достоевский любил говорящие фамилии, не станем перечить Фёдору Михайловичу). Великий и ужасный Фидель. Обожаемый матерью Егора Ильича. Единственный, кому готова беспрекословно подчиняться сестра Егора Ильича. Тот, кому не в силах перечить сам Егор Ильич. Держащий всех постояльцев общежития в страхе. Постоянно читающий студентам нравоучения. Шпионящий и следящий чуть ли не за каждым обитателем нашей богадельни - отчего на любого у него что-то, да есть. Умудряющийся разглагольствовать одновременно и о заветах марксизма-ленинизма, и о необходимости гласности, перестройки и ускорения. Ужас, летящий в ночи - несмотря на всё своё ничтожество. Так кто же он, наш герой? Ответ, думаю, уже понятен: Фидель Фиделевич Пропискин это вахтёр.

Внешность его желательно сделать с намёком на того самого Фиделя. Но - карикатурно. Сюжетно же всё разворачивается вполне в русле оригинальной повести. Сергей, племянник Егора Ильича, едет в Москву, заселяется после поступления в МГУ в общежитие к дяде (по пути внезапная встреча с одноклассником Бахчеевым, который только что сбежал от тирана Пропискина, и собирается искать комнату, предлагая Сергею компанейство), ну и так далее. Подкупать Пропискина Ростанев будет пытаться выгодной должностью в министерстве, предлагаемой по блату (Пропискин гневно отвергнет подкуп, тем самым многократно усилив свои позиции). Выгонять Пропискина будут тоже в грозу, но это будет не природное явление, а ГКЧП - август 1991-го. По возвращении Фидель успеет благословить Егора Ильича на брак с Настенькой, но вместо пространного эпилога случится небольшое послесловие от Сергея, рассказчика:

"Через несколько лет общежитие было закрыто и выкуплено бандитами, устроившими в нём бордель. Всем пришлось как-то устраиваться в этой новой жизни, хлебнув 90-х с лихвой. Следы же Пропискина теряются где-то во мгле - никто о нём после закрытия общежития не слышал; остаётся лишь гадать о его дальнейшей судьбе".

Конец первой серии.
Tags: Буккроссинг, история, книги, человековедение
Subscribe

  • Драматургия - 2

    Извините, что снова беспокою, и снова по всё тем же причинам, что и в предыдущий раз - " в целях оценки драматургического ресурса Кремля".…

  • Культура траура

    Одна из безвозвратно утерянных носителями советского мировоззрения вещей это культура сочувствия и сопереживания. Особенно это заметно в случае…

  • Банальное

    С утра под окном проехала машина с кабинками для голосования. Вернее, это мне так показалось. Жена сразу засомневалась - мол, а не поздно ли, десять…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments