Сущевский Артём Евгеньевич (loboff) wrote,
Сущевский Артём Евгеньевич
loboff

Categories:

Так я стал предателем. Третий ответ

Третий ответ думаю уже понятен и предсказуем - это область личных отношений. Всё верно, именно здесь надлом и случился, и именно здесь мы переступить через себя и не смогли. И нет, речь не о каких-то ужасах. Конечно, если бы моя цель была всё замазать чёрной краской, то таковой нашлось бы с лихвой, и рассказать явно бы нашлось о чём - и об интригах, и о склоках, и о подсиживании - всего этого в научной среде предостаточно. Однако цели такой нет и близко - я вспоминаю годы проведённые в университете с теплотой, и скорее умолчу о чём либо, чем стану нагнетать и обличать. Поэтому третий ответ долгое время был не для знакомых и не для приятелей, а только для самых близких друзей. Пока прошлое совсем уже не перегорело, и не стало просто безличной историей. И поэтому же всего один эпизод - первая трещина, которая потом и обратилась оврагом, продираться через который оказалось выше наших сил.

Итак, всё тот же третий курс. Я безбожно задерживаюсь со сдачей курсовой - на грани вылета. Наконец сдаю - то ли за неделю, то ли за две недели до новой сессии. Дина Ивановна Гелюх, святой человек, дай ей Бог здоровья, если она ещё жива, милостиво соглашается принять защиту у себя дома, находясь в отпуске - чего не сделаешь ради "хорошего мальчика". Вопрос у неё только один: на основе каких источников написана эта работа? Я мычу что-то нечленораздельное про список литературы. Дина Ивановна морщится как от зубной боли: "Молодой человек, кончайте нести чушь - весь этот список литературы мне известен прекрасно, и Вы из него явно ничем не пользовались. Скорее всего, даже не открывали. Ну, кроме разве что "Правил эксплуатации троллейбуса в условиях открытого космоса" - тут верю, тут наверное и правда что читали"...

Краска заливает меня по самую шею. Мне и правда что нестерпимо стыдно за своё мелочное хулиганство. Да, то что преподаватели на списки литературы даже не смотрят это общеизвестный факт (там у всех студентов одно и то же, поэтому и не смотрят). Но это никак не оправдывает моего ехидства - и главное зачем? Зачем был этот неумный троллинг - вписать в список литературы заведомо бредовое название? "Я перепишу, я уберу, сам не знаю что на меня нашло", - бормочу и суечусь. "Конечно, перепишите, куда же Вы денетесь. И тем не менее - на основе чего написана эта работа?" Земля уходит из-под ног. Ну вот и приплыли. Довыпендривался Сущевский, доумничался. Ну что же, прощай, университет - надо было хоть немного соизмерять амбиции с реальностью. Сейчас отправят переписывать, а это значит отчисление - не успею никак.

Отпираться смысла нет, признаюсь: "Ну да, сам написал, как мог. На источники времени не было, простите, пожалуйста". Дина Ивановна внезапно преображается - вместо строгого пожилого инквизитора передо мной сияющая от восторга девушка: "Но в таком случае это ведь гениально! Я боялась, что Вы где-то списали неизвестную мне работу, хотя неизвестных мне работ по Платонову попросту не существует". Я тупо молчу. "Вы наверное даже не понимаете, что Вы сделали? Ну конечно, откуда Вам понимать, если Вы ни одного "источника" даже не открывали. Это ведь совершенно революционный подход. Вам обязательно нужно продолжать это направление"...

Кстати. То, что курсовую по Цветаевой написал тоже я, Дина Ивановна вычислила на раз-два. Мол, девочки носятся по кафедре, взахлёб про какую-то Сущевскую, которая написала потрясающую работу, но счастья своего не понимает, собирается специализироваться в языкознании - конечно же Ваша работа, даже не отпирайтесь. Поэтому и свою курсовую так затянули? Отпираться естественно что смысла не было ни малейшего, да и санкций никаких за подлог не подразумевалось. Пришлось раздуться от гордости и ещё больше. Дина Ивановна решила взять дело в свои руки, и отправила меня с рекомендациями к... Пусть это будет просто Гуру, фамилии тут ни к чему. Я слабо отмахивался, мол, я уже с Лидией Степановной сработался, у нас всё хорошо. Но Дина Ивановна и слышать ничего не хотела - нет, ВАМ - только к Гуру, таланты должны продвигаться на самом высоком уровне.

Ситуация получилась идиотическая. Были несомненно и раздумья: Гуру есть Гуру, это локомотив, это без остановок к как минимум кандидатской, это ШАНС. Но и бросить Лидию Степановну, которая нянчилась со мной уже три года, было подло. Естественно, что я ситуацию решил единственным возможным мне способом - отправился к Гуру извиняться, объяснять, что это недоразумение, и что я уже обещал Лидии Степановне что я весь её, с потрохами. Казалось бы, что может быть более человечнее и естественнее? Но нет - ответной реакцией было отнюдь не добродушное похлопывание по плечу, мол, молодец, в правильном направлении движешься, так держать. Ответной реакцией была ЯРОСТЬ.

Я уже и не помню, что мне тогда наговорил Гуру. Я был настолько в шоке, что запомнил разве что про "не мужское поведение". Что было вообще ни в какие ворота - моё нежелание подводить и бросать людей это "не мужское поведение"?! А что же тогда "мужское" - брызгать слюной на студентов, которые отказываются с тобой работать? Пожалуй, никогда ни до, ни после того я не чувствовал себя настолько раздавленным и фрустированным. Я попал в театр абсурда, в котором всё вверх ногами - неужели это возможно? Это ведь не завод, не фабрика, не магазин и не контора. Это ведь ХРАМ НАУКИ. Неужели же здесь возможны подобные перевёртыши?

Как оказалось, в храме науки именно что из перевёртышей всё и состоит. Научный руководитель жены, Николай Алексеевич Луценко, вне всяких сомнений великий лингвист, крупнейший в Союзе специалист по глаголам (а это, я вам скажу жесть - русские глаголы это терра инкогнита, там СТОЛЬКО всего) - этого человека загнали и загнобили, засунули милостыни ради на украинский факультет, где единственное развлечение чёркать работы первокурсниц красным карандашом - "русизм, русизм, русизм". Вот ЭТО КАК? Как такое может быть вообще? А это как раз норма жизни - ярких и талантливых под шконку, вперёд и вверх обладателей крепких локтей. Желание поступать по-человечески это "не мужское поведение", а "карьера прежде всего" это молодец и перспективный. Подобное положение вещей было понятно в обычной жизни, но в науке? Неужели в науке может быть также?

Да, несомненно я был розовым идеалистом. И конечно же описанная ситуация не имела для дальнейшей учёбы никаких последствий, хотя по неведомой мне причине это МНЕ приходилось извиняться перед всеми подряд (и перед Диной Ивановной, и перед Гуру, и ДАЖЕ перед Лидией Степановной), и мои извинения благосклонно ПРИНИМАЛИ. Мини-скандал на учёбе не сказался никак, всё шло по плану. Больше того - в дальнейшем Гуру по просьбе Лидии Степановны даже помог мне, увлёкшемуся магистральным направлением и забившим на всё остальное, в очередной раз не вылететь из университета - сделал без дураков большое одолжение. Но сама трещина, сам надлом - так никуда и не делись. И с каждым днём становились всё глубже и глубже. Вплоть до того, что в один прекрасный день пришло очень простое понимание - "нет, не хочется". И не можется. Я готов был жить среди интриг и подстав в обычном мире - на то он и мир. Но жить так в науке это означало предавать самого себя. Поэтому я выбрал... другое предательство.

Впрочем, насчёт "не мужского поведения" Гуру оказался заочно прав. Забирая документы, я так и не нашёл в себе сил зайти попрощаться и покаяться перед Лидией Степановной. И тем самым несомненно глубоко обидел её - совершенно незаслуженно. Но предательство и есть предательство - оно никогда не бывает красивым и благородным, только с грязнотцой и подлинкой, невзирая на мотивы.

А университет и ещё пару раз догонял напоминанием о моей собственной ничтожности. Сначала известием о смерти 92-х летнего преподавателя истории русской литературы - изумительного совершенно человека, который до последнего оставался в строю, до последнего ходил с высоко поднятой головой, в идеально-выглаженном костюме и белоснежной сорочке, красил седину, чтобы не выглядеть дряхлым старцем, и умер на рабочем месте. Он СМОГ - не смотря ни на что. Потом мы узнали о смерти аспиранта с кафедры культурологии - молодой совершенно женщины, которой я сдавал курсовую по культуре майя на втором курсе. У меня с ней и было-то всего две встречи, но зато сколько они мне дали! Эта хрупкая женщина тоже боролась до последнего, и тоже до последнего оставалась на своём посту и не сдавалась - пока рак окончательно не выжег её изнутри. Она тоже смогла не предать. А ты, Сущевский, не смог. Ты сбежал. Что же, это был твой выбор, и с этим тебе придётся жить.

Ну, я собственно и живу, чего уж там.

Tags: Попутчики, графомания
Subscribe

  • Драматургия - 2

    Извините, что снова беспокою, и снова по всё тем же причинам, что и в предыдущий раз - " в целях оценки драматургического ресурса Кремля".…

  • Рукомойное

    Ну и ещё немного добавлю по поводу авторитетов и дилетантов. В качестве не самых очевидных следствий, и вместе с тем как ответы на некоторые из…

  • Ещё о фильтрах

    Есть одна вещь, которая очень сильно затрудняет восприятие современного мира и его реалий, и многократно усиливает воздействие белого шума. Вещь эта…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 68 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Драматургия - 2

    Извините, что снова беспокою, и снова по всё тем же причинам, что и в предыдущий раз - " в целях оценки драматургического ресурса Кремля".…

  • Рукомойное

    Ну и ещё немного добавлю по поводу авторитетов и дилетантов. В качестве не самых очевидных следствий, и вместе с тем как ответы на некоторые из…

  • Ещё о фильтрах

    Есть одна вещь, которая очень сильно затрудняет восприятие современного мира и его реалий, и многократно усиливает воздействие белого шума. Вещь эта…