Сущевский Артём Евгеньевич (loboff) wrote,
Сущевский Артём Евгеньевич
loboff

Categories:

Под шумок. Часть 1, Европейская

Большой День

Старикашка на углу барной стойки ощутимо раздражал. Люди пришли отметить Большой День, победу над Последней Чумой, пили за здоровье и чтобы больше никогда. Те, кто постарше, вспоминали те страшные времена, те несколько лет ада, когда человечество уменьшилось на три четверти, и лишь чудом умудрилось проскочить по краю пропасти, не исчезнув навсегда и целиком. Благодаря Гениальным Учёным. Благодаря Великому Лидеру. Который сумел объединить весь мир, прекратил панику и рознь, и ценой неимоверных усилий самых выдающихся землян остановил род людской за шаг до гибели. А потом стал первым Председателем Мира. Мира, в котором прошлое варварство отдельных государств, прошлая разобщённость на народы, нации, расы и прочую такую же надуманную ерунду перед лицом Общей Беды и Общего Спасения были позабыты навсегда, сменившись одним-единственным народом, одной-единственной расой – землянами.

Старших слушали уважительно. Даже при том, что большинству из них в то время и было лет пять-шесть, никак не больше. Им подливали искусственного морковного фреша, одобрительно хлопали по плечу, и не останавливали, когда те в сотый раз рассказывали одни и те же, по правде сказать скучнейшие истории. Да ещё и выдуманные по большей части, или – что бывало даже чаще, – позаимствованные из старых гипнофильмов. В лучшем случае услышанные от своих, столь же скучных родителей. Поэтому когда в баре появился этот убелённый сединами старец, все притихли в предвкушении Настоящей Истории. По виду ему было лет 150, никак не меньше. То есть – один из немногих настоящих Очевидцев Событий, который и правда что может вспомнить своё, а не высосанное из пальца штатными гипноделами.

И что вы думаете? В ответ на уважительные расспросы молодёжи старикашка разразился площадной бранью, обозвал всех присутствующих безмозглыми баранами, затребовал себе пива (пива! – вы представляете! – как будто дикарь из старателей-сталкеров), и начал мрачно и жадно его хлебать.

– Хотите историю? Ну что же, я расскажу вам историю. Правда, вы ведь всё равно не поверите ни одному моему слову. Потому что никто не верит. Потому что бараны. Потому что весь этот грёбаный мир состоит из одних сплошных пробирочных баранов, у которых вместо мозгов студень и дребедень из этих ваших грёбаных телепанелей!

Он вытер губы прямо рукавом, обвёл нас мутными, выцветшими глазами.

– Великий Траур… Большая Чума… Чушь всё это! Не так всё было! Вы даже не представляете себе, насколько всё было не так… Есть в этом баре хоть один нормальный мужик, который выставит мне бутылку нормального виски?

Мы все демонстративно отвернулись, продолжив свои разговоры и едва сдерживаясь чтобы не нагрубить пусть и хаму, но всё же пожилому человеку. Старикашка омерзительно расхохотался.

– Вот то-то и оно! Нет больше мужиков. Есть лишь слизняки, которые сосут свой «морковный фреш», и даже понятия не имеют, что такое настоящий фреш и как он делается. Вы хоть знаете, что такое морковь? Или что такое настоящее пиво, а не вот эта химическая дрянь, которой мне приходится давиться? Про виски уже молчу – откуда в этом пробирочном мире быть настоящему виски?

Мы уже начали перешёптываться, не вызвать ли блюстителей. Возраст возрастом, но это ведь уже ни в какие ворота! Да ещё и в Такой День – просто возмутительно! Но тут бармен сделал удивительное: вместо того, чтобы нажать синюю кнопку (средний уровень угрозы, согласно протоколу безопасности прибытие блюстителей с шокерами не позже чем в течение пятнадцати минут), наш старый добрый Джо вытащил откуда-то пузатую бутыль, раскупорил, поставил рядом стакан, и сказал:

– Ну что же, рассказывай свою историю, старик. И попробуй только не оправдать своим рассказом потраченного на тебя пойла…

Старикашка мерзко хихикнул, хлебнул сразу почти полстакана, скривился, выдохнул и замолчал. А когда начал говорить, это был уже совсем другой человек. Мутные глаза заискрились, голос перестал дребезжать, и даже сам он, казалось, стал выше ростом – расправив плечи и залихватски подбоченившись. И не прошло и нескольких минут как все мы, только что настолько раздражённые, повернулись к стойке, замолчали, и стали слушать раскрывши рты – как если бы перед нами явился сам Великий Лидер, каким-то неведомым чудом воскресший из своей криокамеры.

– Значит, вы точно уверены, что хотите это услышать? Ну что же, как скажете, молодёжь, как скажете. Только потом не жалуйтесь, что я вам мол мозги поломал, жизни порушил, ну и так далее. Хотите слушать – слушайте. Но чур – не перебивать. И не пыхтеть, что в этих ваших телепанелях и вебах совсем другое говорят – это я и без вас знаю. И единственное, в чём эти ваши телепанели не врут, так это где и когда всё началось, потому как всё остальное полная и безусловная чушь.


Незадачливые потомки Пастера

Да, началось всё и правда что сто двадцать лет тому назад, и правда что в Бельгии – была тогда такая страна. До всего вот этого случившегося безобразия, когда весь этот ваш новый замечательный мир ещё не стал Всеземельем, в мире и вообще было много разных стран. И эти страны ведь и по-настоящему были разные. И люди в разных странах тоже жили по-разному, хотя вам, нынешним, этого и не понять. Сейчас ведь как – садишься на гравиплан в Нью-Йорке, прилетаешь в какие-нибудь занюханные Дубаи, и что? А ничего – там точно такой же гравипорт, с точно такими же унылыми барами и точно такими же постными лицами, сосущими точно тот же самый «морковный фреш». Разницы – ноль. Погода, и та везде одинаковая, даже на северном полюсе. А как понять, что ты вообще куда-то летел? Только потому, что так говорит твой личный браслет? А вдруг он врёт?

Ладно-ладно, не буду уже нагнетать. Так вот, в этой самой прежней Бельгии, в мерзком городишке Брюсселе, случился «инфоповод» – как принято называть всякое паскудство в новостях. В каком-то научном центре, то ли вирусологии, то ли иммунологии, обама его знает как он правильно назывался, случилась типа утечка. И типа какой-то очень опасный вирус вырвался на волю. На самом-то деле там что-то нехило рвануло, сложилось полкорпуса этого самого научного центра, и под обломками полегло сколько-то там научников. Чем они там по правде занимались так кто же его знает, но произошедшее общественности нужно было срочно объяснить, да ещё и так, чтобы никому в результате не пришлось отвечать, потому что отвечать и некому, и не хочется. В связи с чем официальная версия была именно такая – утечка опасного вируса.

На место нагнали других научников и блюстителей – тогда они назывались полицией, армией и спецслужбами, – все в белых скафандрах, с кучей всяких прибабахов, всё по последнему слову техники. Район оцеплен, колючка, вертолёты, в эпицентре купол гектара на полтора, всем оставаться на своих местах, помощь близко. Вокруг колючки пресса и блогеры, онлайн-трансляции по всему вебу, но всё равно ведь ни клинтон не ясно что там происходит, политики мычат что-то невнятное, народ волнуется. А так как народу было сказано про вирус, то народ при малейшем чихе бежит в больницы и требует себя моментально спасти, прописав и тут же вколов все лекарства сразу. Из-за чего в больницах столпотворение, ад и тяньаньмэнь. Словом, полный майдан, как говорят нынче в этих наших вебах.

И в общем-то всё бы и ничего. Ну, пошумели бы пару дней, трупы списали бы на опасную болезнь, потом где-нибудь в мире случился бы и ещё какой-нибудь инфоповод, прискорбное происшествие позабыли бы к обамам негрячим, а бельгийцы уж как-нибудь свои проблемы сами бы и разгребли: виноватых наградили, невиновных наказали, ну, всё как оно обычно в таком разе и происходит. Но надо же так было случиться, что в соседней Франции на тот момент как раз наметился очередной политический кризис!

Что там конкретно произошло, точно не скажу. Да и вообще – это же французы, народ горячий, суетливый, у них там вечно были какие-то траблы на ровном месте. То с арабами никак не могли разобраться. То наоборот, арабов целовали в розовые места, а из страны высылали цыган. Потом воевали с националистами. Потом националисты пришли к власти, и воевать снова начали с арабами. И так по кругу.

Знающие люди правда намекали, что на этот раз дело было не в арабах и не цыганах. Мол, назревал тогда очередной педофильский скандал, особенно громкий, в котором уже не как у них там обычно министров и их замов на оргии с мальчиками попалили – к этому-то уже все давно привыкли, – мол, ну, народ такой, что с ними поделаешь, главное чтобы мальчики не арабские были, вот этого как раз нельзя. Но нет – тут уже чуть ли не президентская чета, да ещё и вместе с Папой римским, а мальчики именно что арабские, разве что отчего-то в костюме Путина, как норвежцы любят (да, и такие тоже были, и да, я понимаю, что вы о них и вообще ничего не знаете). И что как ни сдерживай этих ихних папарацци, но всё равно вот-вот всё это непотребство выльется в веб, включая откровенные и подробные видосы, и тут начнётся такое, что мало не покажется никому.

Но, повторюсь – это всё-таки не больше чем слухи, хоть и весьма правдоподобные…

Кстати, ясно вижу на ваших не тронутых интеллектом красивых пробирочных лицах недоумение – мол, да обама с ним, что мы про норвежцев в первый раз слышим, были себе и были; но что за невидаль попедофилить чуток? Эээ, ребятушки, это у вас сейчас возраст согласия десять лет, а девочкам и вовсе с восьми не зазорно. И это у вас сейчас и с животными никто не запрещает, оплати только лицензию «Гринпису». А в те времена с этим делом было куда строже, и за четырнадцатилетнюю сисястую тёлку тогдашние блюстители закрывали лет так на десять строгого режима, и это ещё считай что повезло. А если публичного политика ловили на горячем с козочкой или овечкой, то считай и не было больше такого публичного политика. Не говоря уже про попедофилить. Взять хотя бы тот же самый «костюм Путина» – какая-то сумасшедшая баба ляпнула по синьке журналюгам похмельную бредятину, так этот мем потом ещё лет десять елозили по всем мировым таблоидам. Как вы сейчас говорите в этом случае – варварские времена, пещерные нравы…

Кто такой Путин? Слушайте, ну вы вообще какие-то дикие. Ладно, будет время, потом расскажу. Не суть важно. Важно другое – французам срочно понадобилось прикрыть свои драгоценные попы, приросшие к столь комфортным креслам. И они не нашли ничего лучшего, как объявить, что и у них тоже вирус. Надуло мол из Бельгийщины, не помогли мол кордоны-мордоны, всё равно мол эта их ужасная бельгийская зараза просочилась, несмотря на все предпринятые меры предосторожности. Пичалька и ахтунг, но чего уж теперь.


Без террористов никак

Словом, французы тоже навели шухер по образцу бельгийского. С той же колючкой, с теми же в белых скафандрах, с теми же вертолётами и куполами, встревоженными обращениями к нации и всем оставаться на своих местах, не покидая зону постоянного размещения. Правда, если у бельгийцев и правда что хотя бы что-то там рвануло и кто-то там скопытился, и повод для общенационального кипеша какой-никакой присутствовал, то французские умельцы и вообще устроили этот свой факеншит на ровном месте. Ну очень уж нужно было как-то отвлечь людишек от абстрактного на насущное, а тут и повод подвернулся – почему бы и не свалить рукотворный бардак на соседушек. Соседушки и сами по уши в известно чём, самим как бы о чём не пронюхали в этих их вебах, ну мол и мы тоже к их шухеру примажемся. Соседушкам ведь уже всё равно, а мы под шумок свои косяки прикроем, пока неравнодушное гражданское общество занято совместным национальным спасением.

План может был и так себе, но скорей всего сработал бы. Через какое-то время объявили бы, что вакцина найдена, опасность предотвращена. Кому положено в фармабизнесе срубили бы нехилое бабло на очередном плацебо за бюджетные миллионы, а откаты от фармашулеров помогли бы доблестному чиновничеству пережить угрызения совести по поводу обмана доверчивых сограждан. Скандал к тому времени был бы благополучно купирован, а гражданское общество по праву отмечало бы свою очередную победу разума над здравым смыслом. И – все были бы довольны. Одна беда – к процессу внезапно подключился Лондон.

Вернее, как подключился. В случае с англичанами и вообще тяжело сказать что-то определённое, мутный они народец. Хотя и насчёт мутности – и тут непонятно. Кто-то из древних даже их политическую систему обозвал часовым механизмом без крышки – настолько там всё прозрачно и бесстыдно, и при этом всё равно непонятно как работает. Такое ощущение, что и работает-то только и исключительно на врождённой наглости. Причём такой наглости, которая самими англичанами воспринимается не как наглость, а как самое что ни на есть естественное положение вещей.

Вот сами смотрите – у них до всего этого была типа конституционная монархия. Звучит красиво, спору нет. Одна беда – конституции у них при этом и близко не было. А королева ихняя, которая числится вроде как чисто номинальной фигурой, при ближайшем рассмотрении оказывается фигурой намба ван в мире. Как это? А обама его знает как. Но без неё не то что там войну начать не получилось бы, без неё и пукнуть на самом деле было затруднительно: хотел бы я посмотреть на какого-нибудь новоявленного премьер-министра, который не прошёл бы «формального» утверждения её Величеством, и что с ним бы после этого стало. Ну, и опять же – империя их Британская вроде как была распущена и всячески деколонизирована, и это научно-медицинский факт. А если без научно-медицинского, то факт в том, что как назначались генерал-губернаторы Её Величеством в странах Британского Содружества, так и продолжали назначаться, и хоть ты тресни. Ну, а уж всякие свадьбы монархические, или там юбилеи – так и вовсе всем миром отмечались. Народец по всей планете в эти моменты вот буквально прилипал к телепанелям (они тогда назывались телевизорами) и ловил оттуда каждые слово и жест. И так – от отмороженной России до пережаренной Верхней Вольты. Хотя, казалось бы, какое дело что России, что Верхней Вольте до английской королевы? А вот поди ж ты.

Впрочем, чего уж там о высших сферах. Я с этими англичанами в своё время достаточно дел поимел, смог впечатление составить. Например: мои новые коллеги, милейшие люди, в мой первый же рабочий день выводят меня вечером в паб, угощают пивом, и совершенно дружески, без экивоков объясняют, что я им крайне несимпатичен, что я не свой, и что я занимаю чужое место. И что поэтому они меня обязательно подставят и выживут. И при этом всё очень доброжелательно и с улыбочками. Вот вы бы что подумали? Правильно – шутят парни. Вот и я так подумал. И где-то так с полгода усомниться в этом у меня не было ни малейших причин. Ибо работали мы отлично – и я им помогал, а они были благодарны, и наоборот тоже, – взаимопонимание и всё такое. А потом они меня действительно подставляют и выживают. А в ответ на моё «мудачьё, вы что же такое творите, мы ведь почти друзьями за это время стали!» спокойно так: «Так мы ведь честно предупредили и всё объяснили. Неужто запамятовал?» И при этом настолько же спокойно: «Но ты парень в принципе неплохой, если что, обращайся, вот наши личные фоны, всегда чем можем. Ну, и сам типа не теряйся». Так ведь и не потерялись же! – вот что самое интересное. И правда что потом друг другу помогали, вопросы решали, отношения лучше некуда. Но – в разных департаментах. Они ведь «предупредили».

А если уж на то пошло, именно благодаря этому переводу я сейчас и сижу тут с вами, а не лежу где-нибудь в братской могилке под Темзой…

Впрочем, это я отвлёкся. Так вот, о Лондоне. Как раз когда истерика во Франции только-только начала выдыхаться, а народ стал успокаиваться, возле самого Биг-Бена бухает взрыв. Серьёзно так бухает, но как-то странно: куча дыма, шума ещё больше, ошалелые толпы, но – ни одного трупа, так себе, мелкие царапины. И террористов берут сразу же – они не то что не прятались, они сами пришли сдаваться. Мол, так и так, да, это мы, ужасные исламские террористы, мы хотим уничтожить вашу ничтожную западную цивилизацию, потому что Аллах акбар, джихад и кердык. А поэтому мы взорвали ужасную бактериологическую бомбу, и скоро вы все заболеете и умрёте, а выживут только праведники, в том числе и мы. Ну и вишенкой на тортик – бармалеи берут на себя ответственность не только за Лондон, но и за Бельгию, и за Францию. Мол да, и у научников это мы нахулиганили, и Бастилию тоже мы, только там бомба была бесшумная.

В общем-то, начиная с этого момента и можно сказать классическое «вот тут оно и заверте…»


Гоп-стоп и орднунг

То есть скажите – вот эти террористы, это что вообще было? С одной стороны вроде как и понятно – спецслужбовские мурзилки, – как обычно у островитян, всё чёрным по белому, даже сценарий особенно не меняли. Но при этом сами мои бывшие коллеги, те самые, которые меня из своей конторы выжили, какое-то участие – хоть своё, хоть сопредельных департаментов, – в данном безобразии категорически отрицали. Хоть и смогли подтвердить, что в бомбе если какой вирус и был, то дохлый, и никакой опасности кроме как почихать пару дней не представлял. Мол, хочешь верь, хочешь не верь, но террористы самые что ни на есть натуральные. Тупые, конечно. Но – очень искренние и душевные. А вот кто им этот самый вирус впарил, и главное для чего – непонятно от слова совсем.

И не то чтобы я особенно верил их честному слову, но. Действия властей ведь тоже были соответствующими – как можно быстрее замять тему и прекратить панику. Они ради этого даже совсем уже тяжёлой артиллерии не пожалели, устроили очередную утечку про убийство принцессы Дианы, да ещё и с такими подробностями, что средний англичанин должен был от них впасть в ступор года так на полтора, в аккурат до следующих выборов. И выбрать после этого каких-нибудь совсем уже жидорептилоидов, потому как «лишь бы не этих». Ага, сейчас – народ от «про Диану» не то что там не возбудился, народ в принципе ничего такого не заметил, и про террористический вирус забывать и близко не подумал. А наоборот – вывалил на улицы с очевидными требованиями быстро всех их спасти, всех плохих поубивать, и вообще, где в конце концов нормальные концлагеря и колючка с собаками?!

Было ли именно это целью властей? В принципе, легко. Но вот зачем? – вот что непонятно. Я же говорю, мутный народ. Даже если у тебя на руках максимум возможной информации, всё равно полную картину сложить не получается, в любом случае споткнёшься на извечном «ну не могут же они». И даже будучи уверен что «могут, да ещё и как могут», всё равно спотыкаешься. Потому что ведь незачем, смысла никакого, это уже какая-то даже тупость получается, что ли. И крамольная такая мыслишка закрадывается (что характерно, отнюдь не впервые) – а может они, эти самые англичане, и правда того, никакие не загадочные, никакие не интриганы, и никакие не стратеги-многоходовочники? А может они просто тупые? И вот как говорят, так и думают и делают? И именно в этом и есть секрет их успеха? – что в лоб, не разбирая брода, прутся, а в результате слабоумие и отвага рулят и побеждают? И на этой мысли сам себя и останавливаешь, потому как если в этом направлении додумывать до конца, то ничего иного как полюбить собак уже попросту не остаётся. Кстати, а не поэтому ли сами англичане настолько любят животных? Чур, чур меня от крамолы и ереси! Не хочу любить собак, ну вот не хочу, и всё тут.

Но как бы то ни было, а факт остаётся фактом – по французскому сценарию английские власти пошли именно что под воздействием напора электората. И что если бы этот самый электорат не запихнули наконец за колючую проволоку, не приставили бы к нему автоматчиков, которые шаг вправо шаг влево стрелять на поражение, то похоже электорат настолько озверел бы, что и от самих властей оставил бы мокрое место, будучи неудовлетворённым. И лишь когда Её Величество соблаговолило сказать «фас» и «всех мочить по сортирам», только тогда хоть как-то и удалось навести относительный порядок. В том числе и посредством расстрелов особо буйных – под аплодисменты всех остальных.

Ну, и опять же – вот она, островная магия! – пока не началось на самом Острове, остальная Европа знать ничего не хотела о своих же (якобы) проблемах. Если какие движения и предпринимались, то ну очень уж с ленцой и не о том. И лишь после британского кипеша забурлил и материк тоже.

И тут какой момент – вам, нынешним пробирочным, с вашей привычкой к единообразию, просто не понять всего того спектра реакций, в зависимости от страны и национального темперамента. Где-то паника вылилась в погромы – типа отчего бы и не забить как мамонтов этих гадких южан-северян-столичных, если всё равно бей посуду, заплатит кто-то и когда-то, но не мы и не сейчас. Где-то в массовое мародёрство – невзирая на национальность, классовую принадлежность, возраст и пол. Где-то наоборот, в апатию и «наконец-то сдохнем все вместе, а то сколько можно было ждать». Но немцы конечно же и тут смогли удивить.

Когда в Германии ихний бундесканцлер обратилась к нации – мол, так и так, товарищи немцы, трудные годины выпали нашему Фатерлянду, все на борьбу с вирусом, – хоть бы кто вообще пикнул. Наоборот, дружными рядами, строем и с песнями. Блюстителей, в смысле полицейских и армейских, встречали как старых друзей, наконец-то выбравшихся погостить. Народ сам помогал возводить колючку, сам при малейшем чихе приходил сдаваться, мол так и так, передаю себя в надёжные руки любимой власти, обезвредьте меня битте. Ну, и естественно что отлавливать и сдавать куда следует недобросовестных чихающих, которые вдруг решили прохилять обезвреживание, немцы тоже начали совершенно самостоятельно, безо всяких команд сверху.

Несколько портили общую благостную картину всякие понаехавшие турки, сирийцы и прочие албанцы – которые вдруг вспомнили что их тут много, что они сила, что с ними надо считаться, и всё такое. И что мол виданое ли это дело при живой демократии добровольно отправляться за колючую проволоку, когда самое время пограбить и повеселиться. Ну, с ними и посчитались, всё как просили: в кратчайшие сроки все эти толпы смуглых и свободолюбивых джигитов внезапно куда-то исчезли, причём в массовом порядке. То ли вирус на них особенно сильно подействовал, то ли просто разъехались по своим прекрасным тёплым странам – рядового бюргера сие интересовало не слишком, он наоборот проникся ещё большей благодарностью родному Фатерлянду за трогательную заботу. Ну, а немногочисленные оставшиеся смуглецы и смуглянки стали вести себя тише воды ниже травы и снова вспомнили, что без лебезящего «герр» рот лучше не открывать.

В остальных европах было по-разному. Но что было общим и безусловным – везде закрывали границы и повсюду началась охота на ведьм. С особенным удовольствием встречали прилетающих из туманного Альбиона – негласно считалось, что это основная группа риска, и что вот именно этих на обезвреживание нужно в первую очередь. Собственно, именно вот под этот замес я тогда и попал.

(продолжение следует)
Tags: Троллейбусное, графомания
Subscribe

  • Ягоды и чай

    Подумалось, что нехорошо ставить людей в неудобное положение, и уж на свой-то собственный день рождения объявиться здесь всё же надо. Понимаю, что…

  • На пенсии

    В первый наш Новый год здесь мы прямо с утра (то ли 1, то ли 2 января) отправились на Дворцовую - насладиться Питером без людей. Помнится, нам очень…

  • От противного

    Я так ни разу и не встретился с Крыловым лично. Лекции, встречи с читателями - возможностей было предостаточно, но - не сложилось. "Ну, не ехать же в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment