November 23rd, 2012

основной

Миф

Любой миф двойственен по своей сути. Миф не может быть однозначным, иначе это будет уже либо знание, либо вера. А миф - это знание, заключённое в оболочку веры. Миф всегда имеет два крайне-противоречивых высказывания себя. Оказавшись между которыми обыватель вынужден либо выбирать подходящую себе крайность, либо плюнув махнуть рукой и вообще перестать задумываться на тему, оккупированную мифологией. Да и перестать задумываться вообще.

По сути, какую бы интеллектуальную бойню мы ни взяли - от Второй Мировой и Голодомора до определения интеллигенции или этничности, мы именно вот эту самую радикальную раздвоенность и обнаружим. При которой каждая из крайностей будет не приглашать даже, а настоятельно требовать принять именно себя, а приняв - проклясть иную крайность как ересь.

Война в мифе оказывается либо борьбой Добра и Зла, либо трезвым расчётом продуманных негодяев. Идеологии обретают качества Истины в последней инстанции, либо представляются изобретениями дьявольской Закулисы. А сама Закулиса - либо заговором тысячелетнего жидовства, либо ещё более изощрённой Игрой какой-нибудь, самой хитрой и жестокой элиты. (Английской, например.) Элиты при этом есть либо воплотившиеся в тысячелетнем отборе полубоги, у которых Порода и Знание, либо наоборот - ничтожная аристократишка, выросшая из бандитов и подонков, подмявшая под себя народы, а после, в мире осуществлённого эгалите, потерявшаяся, растерявшая всё своё надуманное величие, и сохранившая от предков лишь важный и надменный вид. Полудикие племена вдруг обретают сорокатысячелетнюю мудрость арийского всеведения, но и одновременно оказываются сбродом без рода и племени, которому позволительно жить лишь ради промысла пушнины или нефти. Интеллигенция зависает где-то между "говном нации" и её же, нации, совестью. А Пушкин оказывается белокурым негром, одной рукой прославляющим царизм, а всеми остальными умильно обнимающего пьяненьких грязных мужичков...

Collapse )