August 4th, 2010

основной

Собака как помощник вора

Собаки на самом деле делятся не на умных и глупых, хотя это тоже присутствует как явление. Однако же – данные признаки вторичны. Важнее другое – кто ваша собака? – распиздяйка, служака или подлиза.

Если распиздяйка, как например моя Муха, с этим просто надо смириться, и любить эту бестолочь, холить её и лелеять, как и прочих членов семьи. Да, она то без толку гавкает, то грустно и депрессивно молчит, не обращая внимания ни на пришедших, ни на ушедших, ни на приходяще-уходящих. Она – абсолютно бесполезна. Это просто украшение экстерьера, которое к тому же жрёт и срёт где ни попадя. Это – любимая девочка, это Авава для восторгов младшенького и вообще лапа и уся-пуся. Обладатель распиздяйки – воистину счастливый человек, ибо у него на одного нахлебника больше, а потому и жизнь насыщеннее и полнее.

Если же у вас служака – жизнь конечно не так добра к вам. Но – зато вы имеете очень полезное приспособление в качестве сигнального механизма. Ваша собака очень ответственно реагирует на чужих, очень ответственно виляет хвостом своим, и вообще очень положительная по всем параметрам особь – аж до зевоты. Ваша собака – зануда. Если вы и сам зануда, вы найдёте в своём питомце ещё массу положительных качеств, и будете конечно же правы. Ибо если вы зануда, то я просто соглашусь с вами молча – во избежание долгой и полезной во всех смыслах лекции. Я так и скажу вам – да, вам несказанно повезло, не то что мне с моей распиздяйской бестолковой Мухой. А вы, преисполненной чувства собственной важности и чем чёрт не шутит, быть может и исключительности, отправитесь кормить свою образцово-показательную зануду и убирать за ней её образцово-показательное говно. Бог в помощь!

Но грустнее ситуации, чем иметь собаку-подлизу, просто не придумаешь. Вы её можете любить, холить и лелеять, ваши дети могут таскать её за хвост, она будет предано смотреть вам в глаза, виляя не только хвостом, но и вообще всеми частями тела, но! Но помните – у вас во дворе живёт предатель. Иуда. Который вас, своего учителя и хозяина, предаёт каждый день, чем уже заслужил болтаться на осине, повешенным садистами-живодёрами за яйца, ну или ещё за что-нибудь, если ваш Иуда сучка.

В чём же состоит предательство? – спросите вы. А я отвечу – в том, что ваша собака гавкает на проходящих мимо только и исключительно тогда, когда вы дома – она выслуживается, зарабатывая себе сахарную косточку и прочие мелкие радости жизни. Когда же вас дома нет – срать она хотела на службу. Она томно возлегает посреди дороги, лениво пропуская ну разве что машины, но никак не пешеходов. Любой посторонний может подойти к забору, может в него стучать и звать вас, хозяев, которые в это время отсутствуют – подлизе всё равно. Она от любого прохожего примет съедобную подачку, которая может быть отравлена на случай воровства в вашем доме в ваше же отсутствие – и она примет подачку, и сожрёт её с жадностью, давясь и спеша, чтобы вдруг не появились вы, при котором придётся служить и с гневом рычать на постороннего, посмевшего предложить ей взятку. Одним словом – она лучший индикатор того, есть кто-то дома или нет – даже исхищряться как-то особо не надо, чтобы это узнать – просто пройти мимо и посмотреть на реакцию шавки…

Если бы я был вором, я бы уже давным-давно обокрал одного из своих соседей, который имеет вот такую вот подлизу. Даже если у него и вовсе нечего красть – просто в качестве назидания, чтобы не заводил кого ни попадя и не доверял всяким двуличным собачьим личностям. А если уж завёл – так хотя бы не выпускал эту свою тварь из-за ворот. Ибо она уже просто заебала гавкать на меня каждый раз, когда я иду мимо, а сосед ещё не уехал на работу. И ведь её ж при живом и функционирующем соседе даже пнуть не получается! А желание огромное – уж больно она фальшиво и натужно выслуживается, разрывая свою маленькую ублюдочную мордочку, начиная гавкать ещё метров за сто до моего приближения и затыкая свою пасть лишь проводив меня до самого перекрёстка, где по-видимому уже начинается какая-то другая, табуированная территория, куда этой мерзкой шавке слава богу нельзя…

Но, увы – я совсем даже не вор. Поэтому и дальше хожу мимо подлизы, втайне мечтая размозжить ей голову хорошим пинком надёжного кроссовка в сторону бетонного столба, и сожалея, что у меня даже среди дальних знакомых нет ни одного грамотного форточника…
основной

Погорельцы и утопальцы

Совершенно не хочу сказать, что я не сочувствую погорельцам России. Очень сочувствую. Так же, как утопальцам Западной Украины. Или Польшы. Или вообще всем, кому плохо, с кем случилась какая-то беда – в силу природной стихии или человеческой бестолковости или подлости. Чрезвычайно сочувствую. Сопереживаю. Жалко людей, безусловно. Опять же, и расхожее выражение вспоминается к месту – о том, что «все мы под богом ходим»…

И вот на этом самом месте моё сочувствие и сопереживание вдруг спотыкается, ёбается лбом об угол, садится на жопу, трёт ушибленный лобешник, и вдруг крамольная мысль (не иначе как от падения) появляется в ударенном месте: «А какого, собственно, хуя?»

Раз уж «все мы под богом ходим», то почему бы и о себе не вспомнить? Хотя нет, о себе лучше не буду – вспомню о соседе, я ж не эгоист, в конце концов!

И вот думаю я о соседе, и моделирую простейшую ситуацию – в дом моего соседа попадает молния, и дому приходит пиздец, сгорает в ухнарь, а сосед попадает с обильными ожогами в больничку. Или не молния – кто-то окурок бросил, и по жаре оно схватилосьчерез деревья – с тем же результатом. Или трубу у соседа на втором этаже прорвало, пока он в Крымах нежился. Приезжает – а ремонту, мебели и вообще всему, что было на первом этаже – полный и окончательный кирдык. А дом – не застрахован. А в случае с ожогами – и жизнь тоже.

И вот тяжкие сомнения грызут меня по поводу того, что кто-то (в смысле, государство на деньги из бюджета) выделит погорельцу или утопальцу или ещё по какой причине горемыке бабло на то, чтобы отстроить похеренный дом и грамотно нарастить кожу с жопы на лицо.

– И правильно! – скажет грамотный читатель, – сам виноват, страховать надо было имущество. И жизнь тоже. «Все под богом ходим!» – прибавит назидательно.

А у меня в связи с этим вопрос – а чем, собственно, отличается мой потерпевший сосед от российских погорельцев или украинских утопальцев? Вроде как ничем. Стихия та же – природная. Потери те же – имущественные, и причём серьёзные. А вот отношение почему-то – разное.

Никто ведь не озаботится судьбой моего бедолаги-соседа, не будет ему по всей стране вещи и деньги собирать. И не приедет к нему со строгим, но справедливым лицом ни Шойгу, ни Шуфрич, не погладит его по головке, не утешит добрым словом и гарантиями государственной помощи. И не придёт к моему соседу чиновник ни с двумя лямами рублей, ни даже с пятьюдесятью тысячами гривень. Никому на хуй не нужен мой сосед – кроме своих же родных, друзей и близких…

И вот посмотрел я на своего горемыку-соседа, которому не повезло попасть в грамотный пожар, не сложилось быть затопленным правильным паводком или попасть в нужную катастрофу, а который наоборот – по-лоховски вляпался в бытовуху, никак не завязанную с национальными катастрофами, – и что-то так мне противно стало, граждане!

А потом я ещё себя вспомнил, в 2000-м попавшего в больницу с необходимостью срочной операции, которую без денег никто не сделал бы – дохни, хуле там! И как жена весь город оббегала, по сотне-полтиннику собирая необходимую сумму, унижаясь перед едва знакомыми людьми. Я ж тогда не в аварию государственного значения попал, просто «болезнь такая», как хирург сказал. И стало мне от этого воспоминания что-то ещё противнее.

Так вот что я хочу по этому поводу сказать: «Да нехай пиздуют и погорельцы, и утопальцы к такой-то матери!» Вместе с государством, которое замечает своих граждан только тогда, когда их замечает телевидение и радиовещание. И кроме как сочувствия, хрен от меня кто чего и когда дождётся. И то – сочувствия зеваки, не больше: «Вот же ж попали так попали! Ик!» – открывая очередное пиво, развалившись на диване перед телевайзером.

В отличие от совершенно искреннего и действенного сочувствия к соседу-бедолаге, который не нужен ни телевидению, ни радиовещанию, ни интернету, ни государству. И соседу я ещё и денег дам взаймы, и потом о долге не вспомню, пока он сам не будет в состоянии отдать и сам не принесёт. И то не факт, что возьму. И пожить пущу. И вещами помогу. И вообще – сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь малознакомому в общем-то человеку – чисто по-соседски, по-людски, по нормальному. Как у людей и принято. Без телевизоров, радиовещаний и интернетов, без «нужен перепост», без «надо же что-то делать» и прочей, простите, господа доброхоты, за правду – голимой, фальшивой и показной хуетени…